Oрыс тілінен казак тіліне аударушы
Обычаи и традиции казахов

ТУЛ. ТРАУРНАЯ СИМВОЛИКА КАЗАХОВ.

тул

После обмывания родственники переносили тело покойного в правую (мужскую) часть , отгораживая от жилого пространства занавеской или циновкой. Здесь же во время траура зачастую находился тул — ритуальный заместитель покойного. Иногда независимо от того, когда умер покойный — летом или зимой, его тело выносили в отдельную юрту, специально поставленную для этих целей. Юрту, в которой кто-либо умер, казахи называют каралы уй (черный, траурный дом) или тул калган уй (овдовевший дом).

После церемонии погребения тела умершего, объектом ритуала обычно становится заместитель покойного — его символическое изображение тул. Обычай изготовления тула уходит корнями по меньшей мере в древнетюркское время. В одной из древнетюркских эпитафий написано: «На шестьдесят первом году (жизни) я на голубом небе не стал видеть солнце. От вас... от моего государства, от вас, моя земля, моя вода, от вас... моя княжна в тереме сделала тул. От вас...».

В настоящее время, по крайней мере, у казахов Катон-Карагайского района Восточно-Казахстанской области и у кош-агачских (косагашских) казахов Южного Алтая сохраняется традиция изготовления тула посредством развешивания одежды покойного в комнате, где он скончался. На стене развешивают костюмы, рубашки, головные уборы, военные награды умершего мужчины.

В то время как все ритуальные операции по подготовке тела к погребению лежали на мужчинах, основная обязанность жены покойного в период пребывания ее в трауре — забота о ритуальном заместителе покойного. Она причитала возле него, сопровождала его во время перекочевки.

Символическое изображение покойного находилось на мужской половине юрты. Тул обычно ставился только по умершему мужчине, но известны случаи установки траурных символов и по умершей женщине. Эти примеры очень редки и, как правило, связаны с именами жен и дочерей известных и почитаемых в народе людей.

Символические изображения покойного, траурные символы, устанавливаемые по случаю смерти, могли быть нескольких видов. Самое распространенное изображение покойного представляло собой вертикально поставленную подушку, одетую в халат и чалму умершего и поставленную в угол, отгороженный занавеской. Помимо этого, у казахов было принято вывешивать одежду и личные вещи покойного (халаты, шапки, шлем, кольчугу, нагайку, ружье, саблю, пику, пояса) на всеобщее обозрение в течение всего времени траура. Причем, как приданое новорожденного и невесты, эта одежда покойного, как указывают исследователи, называлась сеп — «приданое». Одежду покойного могли не вывешивать, а раскладывать. В этом случае основу тула во время похорон, поминок и перекочевок составляло развернутое задом наперед седло, на верх которого укладывали одежду, привязывали к нему оружие умершего.

Траурными символами могли стать боевые пика, копье (найза) или шест с привязанными к ним траурными флагами или платками (ту, туг). Пику, копье или шест устанавливали в мужской части юрты так, чтобы конец проходил сквозь кошму наружу, и оставляли их в таком положении в течение года, то есть на весь период траура. Вдова причитала возле них по покойному, сопровождала их, как и тул, во время перекочевки.

Пику-найзу, копье или шест ставили с белым платком, если умирал старый человек, с черным платком — по умершему мужчине средних лет, с красным — если умерший был молодой. Цвета траурного знамени, как и траурного головного убора вдовы, зависели от возраста покойного. Примечательно, что возраст покойного оказывается значимым только в двух моментах погребально-поминального ритуала — в момент облачения жены покойного в траурную одежду и в момент установки траурного символа, и в обоих случаях он определяет выбор траурного цвета.

Во время годичных поминок пику, копье или шест с траурным флагом преломлял тот, кому надлежало жениться на вдове. Этот обряд назывался «переламывание копья» (найзаны как болу; кара жалау, каралы ту сындыру) и проходил после окончания поминальной трапезы. Во время церемонии жена и дочери покойного сидели под покрывалом, плакали, сопротивлялись переламыванию найзы. Право преломить найзу предоставлялось наиболее уважаемому представителю рода, как правило, старику, который приводил с собой мужчину — обычно претендента на роль будущего мужа вдовы. Он и ломал копье, шест по приказу старика. Исследователи XIX — начала ХХ века так описывали этот обычай: заранее выбранный человек снимал с любимой лошади покойного парадное седло, сбрую и его одежды, бывшие на седле во время церемонии. Старик, приглашенный отдать распоряжение о преломлении найзы, садился на почетное место в передней части юрты и приказывал будущему мужу вдовы переломить ее. Вдова и дочери, схватившись за древко пики, защищали ее, пытаясь помещать происходящему. В это время несколько молодых людей на конях становились снаружи юрты и крепко держали верхушку копья. Будущий муж вдовы, находясь в юрте, охватывал древко посередине и переламывал его. «Тут поднимался такой вой, плач, стон, что нельзя ни описать, ни вообразить» Человеку, ломавшему копье, хозяйка юрты дарила новый халат, подарок. Бывали случаи, когда найзу или траурный шест сгибали, сжигали вместе с флагом или просто втыкали в могилу умершего. После совершения обряда все мужчины покидали юрту и разъезжались по домам, а в юрте покойного собирались женщины и причитали.

Интересное по теме:

<< Назад Далее>>

 

Связаться с нами Вы можете по адресу sup@bilu.kz


www.bilu.kz 2012г.